Пандемия явилась тем пусковым механизмом, который привел в движение реализацию тайно сидевшей мечты об идеальном доме. Чтобы из окон поля и леса, и чтобы вокруг ни души.
Дом на выходные и на будущую старость, для приезжающих взрослых детей, для стареющих родителей, для всех родных и близких.
Хотелось создать обстановку, где связь времён очевидна. Где уживаются фанерные стулья из «красного» уголка и вместительный стол из Икеа, за которым собираются друзья за чаем с земляничным вареньем, буфет 50х Сарапульской фабрики , старая оконная рама деревенского дома, поменявшая свой профиль, переехавший диван из городской квартиры. Все предметы, как отдельные кусочки одного непонятно когда бы ещё собравшегося пазла, лежали в загашниках, темных комнатах, чтобы после соединиться в квадратных метрах нового домика в удмуртской деревне.
Дом не для постоянного проживания, поэтому желание оформить внутреннее пространство бюджетно, стало логичным. Практически любой предмет в интерьере имеет свою давнюю историю появления, а что-то было сделано вновь в процессе декорирования.
Изголовье гостевой спальной из коврика Леруа Мерлен. Кресло с банкеткой советских времён.
В соседней спальной принт на хлопковой ткани спинок кровати и портьеры повторяются. Покрывала в технике пэчворк.
В обеденной зоне над столом авторские светильники, все стулья из разных эпох отреставрированы, в диванной части комнаты ковер, привезенный из Дагестана, и сердце дома- узбекское сюзане.
Красный цвет тонкой линией проходит по всему дому в текстиле в деталях отделки, предметах мебели, в посуде.
Прихожая и сан узел решены минималистично, и там тоже живет пожившая утварь. Скамья из бани, старая оконная рама и стиральные доски из садового сарая.
В холле помолодевший шкаф, ранее служивший в хим.лаборатории института.
Домик пережил одно лето и одну зиму, показал все свои достоинства и недостатки и обещал меняться только в лучшую сторону, как меняются декорации за окном со сменой времён года.